КОРОНАВИРУС
Виктор Панов: «После «онлайна» в театр не пойду!»

Виктор Панов: «После «онлайна» в театр не пойду!»

19.05.2020 11:32Мария АТРОЩЕНКО
Директора столичных театров обсуждают в прессе, как жить после карантина, снижать ли цены на билеты и менять ли репертуар. А худрук Архангельского молодёжного театра Виктор Панов и в условиях пандемии не согласен на компромиссы. Он уверен: как раньше уже нельзя.

Мы поговорили с Виктором Пановым о видеоспектаклях и новых формах, о плюсах и минусах «онлайна» и о том, быть ли фестивалю уличных театров и что Молодёжный готовит к новой встрече со зрителями.

 — Виктор Петрович, коронавирусные ограничения продлены до 31 мая. Значит, театральный сезон, по сути, завершается?

— Сезон кончается, но работа никогда не останавливается. Мы созваниваемся, решаем вопросы, переносим наши события на другие сроки. Никто не знает, когда всё это кончится. Вот сейчас опубликовали мнения трёх директоров — Марии Ревякиной из Театра Наций, Софьи Апфельбаум из РАМТа и Антониды Гореявчевой из новосибирского «Старого дома». Они да и все остальные говорят об одном и том же: не исключено, что вторая волна эпидемии наступит в сентябре, и сезон мы откроем не раньше октября-ноября. Поэтому планировать сейчас что-то невозможно.

— Вынесет ли театр из этой ситуации хоть что-то положительное для себя?

— У моего любимого Анатолия Эфроса первая книжка называется «Репетиция — любовь моя». Из-за карантина у нас высвободилось время для огромного количества репетиций. Но и оно не может длиться вечно. Я, конечно, ярый противник этой помойки под названием Интернет, но получилось, как в басне Крылова: «Навозну кучу разрывая, петух нашёл жемчужное зерно». Я даже не ожидал такого зрительского отклика на то, что мы делаем и показываем в сети.

Ко Дню Победы мы сделали замечательный документальный проект «Ах, война, что ты, подлая, сделала…» — это гениальная вещь! После того, как мы его показали, мне прислали фотографии моих дяди Симона и дяди Алексея из Кронштадта, следы которых мы потеряли. С дарственными надписями! А ещё мамочки моей и тёти Сани, которая своего мужа вытащила с поля боя. Потрясающий отклик! Я просто снимаю шляпу перед своими артистами, которые на камеру поделились семейными воспоминаниями о своих родных-ветеранах. Европейские учёные, изучая память, пришли к выводу, что люди запоминают не факты, а ощущения. И заметьте, что если наши молодые ребята говорили немножко протокольно, то те, кто постарше, — например, Дашка Тюрикова, — обливаясь слезами. Потому что им до этой памяти легче дотянуться. Если мы не будем передавать эту память, то скоро будем вспоминать об этой войне как о войне 1812 года.

Ещё одно карантинное достижение — уникальный видеоспектакль моего внука Филиппа Шкаева «Изоляция». В тот момент, когда многие театры оказались практически не готовы к тому, чтобы перейти на новый уровень, молодые режиссёры — И Филипп, и знакомые нашим зрителям Сергей Азеев (композитор и исполнитель главной роли в постановке «Смерть Норвегова») и Илья Мощицкий (режиссёр спектаклей «Вся сладость жизни» и «История одного города»), — не растерялись. А теперь вот и Константин Богомолов решил поставить спектакль, приближенный к современной коронавирусной ситуации.

Заслуженная артистка России Яна Панова в спектакле «Изоляция».Заслуженная артистка России Яна Панова в спектакле «Изоляция».

Скоро мне Филипп представит следующий спектакль в этом технологическом ключе. Это другой жанр, вид искусства. Сделаем пробный вариант, покажем отрывок, а потом будем проводить по заявкам и будем, возможно, продавать билеты. А так просто клянчить деньги у зрителей — позорно. У народа денег нету. Вот и директора театров, которых я упомянул, говорят, что очень долго зрители не вернутся в зал — экономически все ослабли капитально.

— Виктор Петрович, вы сами сказали, что спектакль Филиппа Шкаева — это какой-то новый вид искусства. В нём нет прямого взаимодействия со зрителями, актёры — перед камерой. А что, по вашему мнению, в нём от театра?

— Я не говорю, что это театр. Это видео. В этом спектакле имеют значение просто огромные паузы. Театр обязан соответствовать времени, и Филипп взял тему, которая сейчас важна. Его спектакль рождается без зрителей, но для зрителей, которые находятся в изоляции. Разные варианты могут быть. У Мощицкого ты по телефону с психологом разговариваешь. Это просто другая форма подачи.

А просто поставить камеру и заснять спектакль недостаточно. Великий Эфрос два телеспектакля поставил, но он работал по полгода как минимум. Вот я посмотрел трансляцию спектакля Римаса Туминаса «Евгений Онегин» по каналу «Культура». И вот теперь я в театр его смотреть уже не пойду! Мне не хватило общего плана, а ведь у Туминаса он имеет огромное значение. Там блистательные артисты, блистательная режиссура, но там потребовалось бы, наверное, камер 25, чтобы всё это снять. Сам Кирилл Крок (директор театра имени Вахтангова — ред.) говорит, что не любит смотреть спектакли онлайн. Тогда зачем нам показывают? Не помню, кто конкретно сказал, может быть, Богомолов: «Мы очень многих зрителей онлайном оттолкнули от театра». И кстати цифры просмотров практически у всех уже очень сильно падают.

— Но всё же очень многие зрители благодарны столичным театрам за возможность увидеть их архивные и идущие до сих пор спектакли, неужели это ни о чём не говорит?

— Это говорит о нижайшем эстетическом воспитании нашего народа. Я-то смотрю с высоких позиций. Георгий Товстоногов говорил: «Спектакль закончен тогда, когда ты определил взаимоотношения со зрительным залом». Я понимаю трансляцию спектаклей со зрителями. Я ведь разрешил показывать записи — но мы показываем историю разных режиссёров. Не отрицаю, есть такие люди, которые, посмотрев записи, захотят увидеть спектакли вживую. Не ругаю их. Но телеверсии помогают составить лишь представление, а не впечатление.

Виктор Панов на фестивале «Европейская весна».Виктор Панов на фестивале «Европейская весна».

— Виктор Петрович, сейчас строить планы — дело неблагодарное, но всё же: чем театр займётся, когда более-менее вернётся к нормальной жизни?

— Нам пришлось перенести оба наших фестиваля — и «Европейскую весну», и фестиваль уличных театров. Мы очень надеемся, что всё-таки сможем пусть и в меньшем объёме провести их в этом году. «Весну» мы рассчитываем провести в конце сентября или октября. Испанцы с детским спектаклем в этом году точно не приедут, а всех остальных участников мы по-прежнему ждём. Если фестиваль уличных театров состоится в этом году, то он тоже станет не международным, а всероссийским. Уже есть договорённости с рядом театров и музыкальных групп. Надеемся, что сможем провести фестиваль в самом конце августа с участием десяти коллективов.

И ещё меня всё-таки убедили, что юбилей театра в этом году. Мы уже сняли Архангельский городской культурный центр на два дня — 24 и 25 сентября. Туда мы хотим пригласить большинство режиссёров, которые с нами работали. Мы вспоминаем, когда с Назаром Онищуком и «Солнце Маори» мы делали там представление на крыльце аж ночью. Вероятно, двое суток там будет что-то крутиться-вертеться.

Сергей Коковкин читает свою пьесу в Молодёжном театре. Фото Артёма Келарева.Сергей Коковкин читает свою пьесу в Молодёжном театре. Фото Артёма Келарева.

— Ваш спектакль «Momento море» по пьесе Сергея Коковкина об адмирале Нахимове отменился практически перед самой премьерой. Наверное, он первый в очереди на выпуск?

— Да, надеюсь, в сентябре–октябре мы его сыграем. Наш друг из театра АХЕ Павел Семченко создал очень сложное оформление: всё происходит на круглой плоскости, которая всё время вращается, как на волнах. Сергей Коковкин поставил десять плюсов — это качка времени. Спектакль готов, но нам ещё нужно полностью менять пластический рисунок. Специально для этого приедет балетмейстер, друг хореографа Владимира Варнавы и художницы Фагили Сельской.

На днях в zoom начнутся репетиции нового спектакля Максима Соколова «Молот». В основе — трактат Генриха Крамера и Якова Шпренгера «Молот ведьм». Вот, что написал мне Максим: «Давно хотелось сделать материал о Средневековье. Книга представляет собой трактат о том как распознать ведьму в обычной жизни и документальные свидетельства, показания на соседей, суды. Дополнительно будут использованы материалы паблика в соцсетях „Страдающее Средневековье“. Подросткам будет очень интересно!». 

В центре — Виктор Панов и Максим Соколов на премьере «Братьев Карамазовых». Фото Артёма Келарева.В центре — Виктор Панов и Максим Соколов на премьере «Братьев Карамазовых». Фото Артёма Келарева.

Ещё у нас было запланировано сотрудничество с Сергеем Азеевым. Работать мы будем над произведением Сартра «Мёртвые без погребения». Это будет серьёзный глубокий спектакль на пластический материал в современной актуальной форме.

Ещё одна постановка была запланирована на ноябрь. Мы продолжим сотрудничество с Ольгой Варшавер как переводчиком и автором пьесы. Материал — «Доклад о медузах» Али Бенджамин. Режиссёром этого спектакля станет Юлия Каландаришвили — абсолютно новый для нашего театра человек! Надеемся, что эту постановку мы сможем осуществить тогда, когда и планировали.

Виктор Панов и Ольга Варшавер. Фото Артёма Келарева.Виктор Панов и Ольга Варшавер. Фото Артёма Келарева.

А это — совершенная бомба! Сергей Чехов, гениальнейший парень, придумал сделать «Север. Второй сезон». Вот, что он пишет: «С одной стороны это логическое продолжение темы, которая была заявлена в оригинальном проекте, с другой — это принципиально иной формат кураторского проекта, в котором могут поучаствовать жители города и области. Кто угодно сможет подать заявку на участие в качестве соавторов проекта, и для этого вообще не обязательно иметь специальное образование, не нужно никаких дипломов. Мы продолжим исследовать Север как место, как миф, как знак, на этот раз сместив фокус с прошедшего времени на настоящие. Авторы оригинального „Севера“ выступят в качестве кураторов и соавторов глобальной перфоинсталляции». Вот человек, который существует сегодня и здесь!

А идею моего театра мы передаём из поколения в поколение: мы переделаем «Не любо — не слушай» Писахова с нашими студентами. С этим спектаклем мы объехали весь Советский Союз, 27 стран и шесть раз были в Авиньоне, где он был признан лучшим. И я хочу их в следующем году свозить в Авиньон.

Нашли ошибку? Выделите текст, нажмите ctrl+enter и отправьте ее нам.