Общество
Штормовое предупреждение: драматург Сергей Коковкин подарил Архангельскому молодёжному театру пьесу-фантазию о Нахимове

Штормовое предупреждение: драматург Сергей Коковкин подарил Архангельскому молодёжному театру пьесу-фантазию о Нахимове

28.11.2018 16:54Мария АТРОЩЕНКО
Автор «Раненого зверя», «России молодой» и «Страстотерпцев» прочитал свою новую пьесу «Шквал» в Архангельске в рамках режиссёрской лаборатории «Голоса из прошлого».

Наряду с показом эскизов молодых режиссёров по пьесам драматургов Ольги Михайловой и Елены Исаевой читка пьесы «Шквал», посвящённой легендарному адмиралу, герою Крымской войны Павлу Нахимову, стала главным событием лаборатории. Напомним, региональное отделение Союза театральных деятелей провело её на средства губернаторского и президентского грантов.

В Архангельск 80-летний Cергей Коковкин приехал со своей супругой Анной Родионовой — автором сценария фильма «Карнавал» и драматургом. Со спектакля по её пьесе «Девочка Надя», посвящённой другу семьи — художнице Наде Рушевой, — начинался Молодёжный театр.

Сначала за круглым столом с коллегами-драматургами Сергей Коковкин рассказал историю создания «Шквала», а также выразил свою бесконечную благодарность Архангельску и двум его театрам, где шли и идут постановки по его пьесам, — молодёжному и драматическому. Свою пьесу «Раненый зверь» о Ломоносове он читал в театре драмы ещё в 1981 году.

— Мне сказали: «Нельзя! Ломоносов — не раненый зверь!», — рассказал драматург.

Виктор Панов.Виктор Панов.

— Он мне тогда испортил жизнь надолго, — добавил худрук Молодёжного театра Виктор Панов. — Мой театральный папа Сергей Плотников спросил: «Кто бы эту пьесу мог поставить?». А Сергей Борисович возьми и брякни: «Ну, вот есть Виктор Панов». Меня так полюбило управление культуры! Но я поставил этот спектакль! Раньше других. И у меня в финале Ломоносов вспыхивал!

Впрочем, в «архдраме» спектакль тогда тоже выпустили, но только в 1986 году, под изменённым названием «Аки раненный лев».

Кстати, сама идея лаборатории «Голоса из прошлого» тоже родилась отчасти, благодаря Сергею Коковкину. Посмотрев спектакль Виктора Панова по его «Страстотерпцам» на фестивале «Ваш выход!..», провести историческую лабораторию предложил ректор ГИТИСа Григорий Заславский.

Смотрел на Двину его глазами

О том, что напишет пьесу о Нахимове, Сергей Коковкин договорился с Виктором Пановым ещё два года назад. По мнению худрука Молодёжного, не знать, что Нахимов служил в Архангельске в экипаже строящегося корабля «Азов», — преступление. 

— Счастлив тот театр , у которого есть драматург, пишущий для него пьесы! — заявил режиссёр. — Я горд знакомством с этим человеком.

Для самого же драматурга «Шквал» — это семейная история. Он сам из нахимовского рода. И в Архангельске, по собственному признанию, смотрел на Двину глазами своего знаменитого предка.

— Моя бабашка — Нахимова, — рассказал Сергей Коковкин. — Я в десять лет надел погоны: был отдан в Нахимовское училище. Помню, бабушка мне велела почистить мелом серебряную табакерочку — единственную оставшуюся реликвию после разгрома нахимовского дома в 1918 году, — чтобы отнести в военно-морской музей. 

В своей пьесе Сергей Коковкин облёк исторический материал в причудливую фантасмагорию. 

— Павел Степанович был закрытый человек абсолютно, ничего о нём не известно, — пояснил драматург. — Я основывался на родовых легендах, моих собственных домыслах и всё перевернул с ног на голову: вы там ничего не узнаете. Это, скорее, фантазия, чем биография. Очень сложная фигура. Я ещё не все тайны открываю, знаю гораздо больше. Для меня это была очень наболевшая тема.

По волне его памяти

Историю своей жизни Нахимов, очнувшийся в гамбургской клинике, рассказывает своему тёзке — апостолу Павлу. Этот ангел-хранитель, или попросту старик, как его называет драматург, пребывал с будущим великим флотоводцем с первого дня его жизни. Спасал в жестокие шторма. И он же — заманил на Север — в «град белых архангелов». А теперь уговорил его «всю жизнь насквозь протаранить» — вспомнить любовь — к гордой соломбалке Натали и отважной англичанке Эмми Кодрингтон, — кругосветное плавание, дружбу с будущими декабристами, решительный отказ от выхода на Сенатскую площадь, морские сражения и неизбывную вину за гибель члена команды. 

Многое в истории Нахимова, переложенной на драматический язык Сергеем Коковкиным, действительно похоже на миф: особенно встреча флотоводца с дочерью коменданта Сан-Франциско Кончитой, так и не дождавшейся графа Рязанова и подарившего Нахимову кольцо. Впрочем, драматург уверил, что кольцо, предназначавшееся возлюбленной адмирала и украденное в таверне в Питтсбурге, существовало в действительности. И предназначалось мисс Кодрингтон.

А, может, VR?

Насыщенность пьесы прыжками в прошлое, а также экшн-сценами морских сражений и сильнейших штормов, бросает постановщику серьёзный вызов. Впрочем, для театра, чьё творческое кредо «Ничего, как у всех!», это только к лучшему. Смелость фантазии драматурга рождает не менее смелые, — даже безумные! — идеи. 

Как изобразить на сцене нелинейную хронологию повествования, как выделить флешбеки? В прошлом году, на фестиваль «Европейская весна» Молодёжный театр впервые привёз VR-спектакль «В поисках автора». Может, «Шквал» — это повод подчинить технологии виртуальной реальности и соединить театр и кино на архангельской сцене? Нахимов и апостол Павел совершают очередной прыжок по волнам памяти, а зрители — надевают VR-очки, каково?

Так или иначе, но представляется, что гамбургская сюжетная рамочная линия должна быть интуитивно отделена от воспоминаний. А за счёт ли виртуальной реальности, «закадрового» голоса или перемещения двух Павлов на театральный балкон, — это решать режиссёру.

Сам же Виктор Панов категорически намерен поставить «Шквал» в течение года.

Нашли ошибку? Выделите текст, нажмите ctrl+enter и отправьте ее нам.