В рамках фестиваля в областной научной библиотеке имени Добролюбова представили сразу несколько плакатных выставок. Фестиваль открыли в галерее второго этажа, на фоне центральной экспозиции West-East-Post.

За час до открытия, рассказала главный библиотекарь отдела литературы по искусству Марина Антипина, в Добролюбовке прошла пожарная тревога: галерею заполнил дым.

— Сначала мы полчаса стояли на улице, потом ещё полчаса проветривали. Но вы бы видели, как  таинственно эти прекрасные чёрно-белые плакаты смотрелись в густом дыму! — сказала библиотекарь. 

Марина Антипина.Марина Антипина.

Она поблагодарила соорганизатора выставки — архангельского дизайнера Виктора Тяпкова, представляющего сообщество 42 design commune — за то, что он и его единомышленники уже третий год подряд привозят в Архангельск знаковые плакатные акции: «Достоевский. Чёрное и белое»,  «33. Голландские театральные и фестивальные плакаты. 1985-1997», а также «Золотая пчела» и «1917-2017».

Александр Васин.Александр Васин.

На этот раз в столицу Севера пригласили руководителя «Типомании», главу московской дизайн-студии «Гроза» и преподавателя Александра Васина. Догадаться, по его словам, что такое типомания — несложно.

— Это такое маньячество по шрифтам, нездоровая любовь к буквам, — отметил Васин. — И то, что типографическая выставка проходит в библиотеке, — лучше не придумаешь.

Всего в Добролюбовке собрали порядка 120 плакатов из Китая, Японии, Ирана, Швейцарии, Италии. Каждому из них Александр Васин попросил дать шанс, даже если будет непонятно.

— Если вы на этой выставке найдёте для себя что-то странное и непонятное, не спешите дистанцироваться, — сказал Васин, — постарайтесь заинтересоваться, попытаться разведать, разузнать, прочувствовать. Часто бывает, что какие-то полезные вещи можно постичь, только если в них углубиться.

А некоторые плакаты, по словам дизайнера, вообще не обязательно понимать, чтобы любить: они просто раскрывают чакры.

Впрочем углубляться в одиночку, без проводника, не пришлось: роль экскурсовода Александр Васин взял на себя. Учитывая «повёрнутость» плакатных выставок на шрифтах, буквы, — будь то кириллица, латиница, арабская вязь, а то и иероглифы, — присутствуют практически на каждом листе: колючие, пухлые, худосочные — разные. Но есть и исключения. 

На некоторых плакатах молодого японского дизайнера Шуна Сасаки вообще обходится без букв. Японские дизайнеры вообще, по словам Васина, — народ загадочный: русским дизайнерам их понять сложно. На его эко-плакате — только очертания листа, лишь оставшаяся от него прозрачная сетка, распадающаяся на отдельные штрихи. Хотя, чем эти чёрточки — не символы? 

А есть и такие листы, где буквы зашифрованы. Например, на плакате китайского дизайнера Джампинг Хи, который смирился с тем, что его называют «Прыгающий Он», созданного для Олимпиады в Пекине, бастионы Великой китайской стены заключены в пять кругов — пять колец, пять букв «О». 

В центре — Олимпийский плакат Джампинг Хи.В центре — Олимпийский плакат Джампинг Хи.

При этом как текст может становится картинкой, так и картинка — текстом. И работа со шрифтом открывает для дизайнера необозримое поле для творчества.

— Наша задача, занимаясь типографикой, не просто подбирать шрифт из библиотеки Microsoft, а придумывать буквы, стараться графикой буквы доносить какой-то смысл, — подчеркнул Александр Васин.

Яркий пример — плакаты японского дизайнера Юта Тсучия, которые представляют собой некую реплику, оммаж творчеству Пабло Пикассо и Анри Матисса. На них лица в профиль и в анфас и обнажённые округлые тела натурщиц Пикассо образуют буквы, которые складываются в слово PABLO.

Иран считается одной из главных дизайнерских стран мира: ещё в древности искусство каллиграфии было там очень развито. Вот и сегодня иранские дизайнеры виртуозно обращаются с шрифтом — не только с арабской вязью, но и с кириллицей. Вплетают его то в традиционные восточные ковры, то в футуристические конструкции.

Иранские плакаты.Иранские плакаты.

Ещё одна крайне развитая в графической дизайне страна со своими устоявшимися традициями — Швейцария. Но вот молодые дизайнеры Иван Вайс и Михаэль Крайенбюль из студии Johnson/Kingston, чьи работы представлены на выставке, бунтуют против шрифтовых устоев — сознательно портят буквы и создают шрифты-гибриды — этаких чудаковатых уродцев. Например, скрещивают шрифт с засечками и без засечек.

— Эти чудаковатые буквы, с одной стороны, уродливы, но с другой — это же эксперимент. Происходит изменение самого инструмента, — пояснил Васин.

Плакаты студии Johnson/Kingston.Плакаты студии Johnson/Kingston.

Но кто сказал, что эксперимент — это только для молодых? Опытный швейцарский дизайнер Людовик Балант тоже не чурается шрифтовых игр. Пример такой игры — фирменный знак из букв P и R, который он придумал для ежегодного кинофестиваля BildRausch в Базеле. Буквы, почти утратившие своё привычное начертание, но всё ещё понятные, и превратившиеся в пиктограмму, становятся контейнером для кадров из фильмов.

— С буквами можно играть до тех пор, пока они уже не перестают быть читабельными, — отметил Александр Васин. 

Итальянский дизайнер Леонардо Сонолли в этом плане играет с огнём. Ещё чуть чуть, и буквы на его плакатах перестанут складываться в слова. Это как раз тот случай, по словам Александра Васина, когда типографикой закладывается определённый IQ-ценз: нужно сделать усилие, чтобы прочитать, это своего рода квест. А если слово teatrino (маленький театрик) не читается, то, возможно, и в самом театре понятнее не станет. Тем более, что там Девид Линч с лекцией выступает: это явно не для тех, кто не готов к умственным усилиям.

Центральную чёрно-белую экспозицию фестиваля West-East-Post Васин оставил на сладкое. Эта дизайн-акция была не собрана с миру по нитке, а создана специально для «Типомании». Ковбой против самурая, Трамп против Ким Чен Ына, — на этих листах дизайнеры на универсальном языке плаката пытаются понять, что Восток с Западом объединяет, а что разделяет.

Например, на плакате того же Джампинг Хи, который прислал его первым, латинские буквы W (Запад) и E (Восток) слипаются, как жвачкой, образуя неразрывное WE — «мы». Ещё прямолинейнее, но гениальнее поступили те из дизайнеров, кто литеру W начертал, как русскую Ш. Получилась почти что Е: надо лишь сменить угол зрения, и окажется, что не так уж Восток с Западом друг от друга и отличаются.

10 июня Александр Васин проведёт на фестивале мастер-класс по модульным шрифтам, а вечером вместе с его участниками устроит культурную интервенцию — создаст арт-объект «Архангельская азбука» на длинном заборе во дворе Добролюбовки.

Нашли ошибку? Выделите текст, нажмите ctrl+enter и отправьте ее нам.