Тряпичные куклы из мешковины, яркая лужайка из тканевых цветов — спектакль погружает зрителя в мир, где кажется, что настоящее, а не шёлковое, тряпочное сердце бьётся у куклы Герасима. Герой — высокий, статный, сильный русский молодец, единственное, у него нет рта. Герасим глухонемой, но это не мешает ему любить и понимать жизнь.
Герасим умеет любить: сначала Татьяну (Екатерина Боровских), потом Муму (Дарья Никифорова). Милая беленькая собачка с коричневым носом, ушками и коричневой грудкой. Когда Герасим (Анатолий Шкляев) приносит Муму в дом, видно только его большие добрые руки. Он прижимает собачку к своему горячему сердцу — и зритель видит, как трепетно он любит.
Без дела жить — только небо коптить, уменье и труд всё перетрут — пословицы и поговорки тонкой мудрой ниточкой проносятся через весь спектакль. Герои повторяют их попеременно, то громко, то тихо.
Многим куклам оставили только голову, она вытягивается словно на колготке из сапога. А тело им и не нужно — они бесправный, бескостный народ. Капитон (Илья Батурин) с перекошенным неприятным лицом, выпуклые жгуты тканей выглядят словно фингалы, глаза-пуговки, длинные ноги разного цвета и длинные пальцы на руках. Он похож на паука, застрявшего в своей паутине. Считает себя врачом, а башмачником и водовозом его жизнь вынужденно сделала. Пьёт так сильно, что не может ходить — его возят на тележке.
Барыня (Наталья Назаренко) сидит на детском стульчике со сморщенным, как у младенца, лицом. Беспрестанно звонит в колокольчик, что-то требуя и крича. Голос похож на плач ребёнка без причины. Кажется, все от неё устали, но вынуждены подчиняться. У неё красные губы и красные сапожки — признак достатка, и шёлковое сердце внутри: она никого не любит.
«Танюша плачет, Великан кланяется, а я радуюсь», — восклицает Барыня и отдаёт замуж Татьяну за пьяницу Капитона. Стучит маленькими ножками о стул и радуется. В этот момент сморщенное детское лицо кажется ещё морщинистее.
Когда Герасим садится в лодку вместе с Муму, он сгибается и становится меньше, сжимается. Вся его величественность как будто уменьшается, хотя это та же кукла. Нечеловеческий крик пронзает — он как будто вырывается из мощной груди. И наступает тишина. Перерождение.
Герасим ушёл. Слуги завязываются в узлы, как ужи. Не знают, что делать, боятся барыню, боятся, что её хватит удар, а по-другому жить они не умеют.
В конце спектакля — яркий свет. Это свет теплоты, доброты и любви настоящего сердца Герасима, не шёлкового, не тканевого, а человеческого, которое умеет любить и быть добрым.
Безмолвен ли он? Нет, хор его души ярче, чем у остальных героев. Принеся Муму в жертву, он освобождает себя и уходит не в одиночество, а в свободу человеческой души, неся глубоко в себе память о Муму.