Общество
На кинофестивале Arctic Open прошёл телемост Архангельск-Варшава с Иваном Вырыпаевым

На кинофестивале Arctic Open прошёл телемост Архангельск-Варшава с Иваном Вырыпаевым

07.12.2020 14:54
По следам кинофестиваля стран Арктики: пускай в формате live, но общение драматурга и режиссёра Ивана Вырыпаева с архангелогородцами вышло по-настоящему живым.

Оба видеозвонка, транслировавшиеся на экран архангельского кинотеатра и параллельно в соцсети и на портал «Культура.рф», прошли после показов двух фильмов Вырыпаева — «Спасения» и UFO, — что предопределило векторы разговоров — о религии, кино, инопланетянах и душевной работе.

О Далай Ламе

— Я два раза встречался с Его святейшеством, — рассказал Иван Вырыпаев. — На меня он произвёл сильное впечатление. Поразительно, что этот человек в свои 85 обладает гораздо большей ясностью ума, адекватностью, невероятным чувством юмора, нежели я, например. Он панк, честно говоря, он всё время ржёт, хватает людей за волосы, за что-то ещё. Очень ясный, удивительный, очень редкий тип человека. Он действительно необыкновенный.

О религии

— Что-то одно во всех религиях нас соединяет, — отметил режиссёр. — И если бы мы все поняли это одно, то мы бы не стали друг другу головы отрезать за своего Бога. Буддист ты, христианин, мусульманин или даже атеист, — есть нечто, что всех объединяет. Кстати, Далай-Лама так говорит тоже. Он один из редких религиозных деятелей, который говорит: «Дело же не в буддизме». Это мало, кто так говорит. Если бы патриарх Кирилл сказал: «Дело не в православной церкви, это только практика, только метод, а главное-то не это», — было бы совсем другое.

О своих фильмах

— Я не люблю свои фильмы, — признался Иван Вырыпаев. — я их искренне считаю плохими. Хотя сейчас я решил ещё раз снять фильм в своей жизни, он называется «Сибирь».  Я не кокетничаю. Просто когда я пришёл в кино, я совсем другого хотел. Я как-то не смог сделать то, чего бы я хотел. Я всё равно очень театральный, я весь состою из текста. Я как-то нашёл себя в театре и драматургии. Я не пересматриваю свои фильмы, но недавно пересмотрел «Эйфорию» и увидел, как это всё не сделано, непонятно и, кажется, фальшиво. Там слишком много литературщины и театральщины. Сам я смотрю другие фильмы. Я люблю Романа Полански, от «Ребёнка Розмари» до «Офицера и шпиона», МакДонаха — такие хорошие сделанные фильмы. А мои фильмы не такие. Буду я их вечером в пятницу смотреть? Ну, нет, конечно. И я не страдаю от этого. Я не очень люблю природу в кино. Мне кажется, у меня бы получилось делать фильм-спектакли, чем я сейчас занимаюсь на Okko.

О Тарантино и «Мандалорце»

— Я, например, считаю все фильмы Тарантино божественными, — рассказал драматург. — Сериал «Мандалорец», который я сейчас смотрю, мне кажется, божественный. Некоторые фильмы Андрея Тарковского божественны. Я вот недавно совсем к стыду своему — признаюсь вам в страшной вещи, — посмотрел фильм Андрея Звягинцева «Левиафан». Мне тоже показался он божественным. Многие фильмы, комедия даже совсем простая, где нет ни слова «Бог», ни слова «дух», может быть божественной. Жанр может быть абсолютно любым. А вот эти пафосные вещи о божественности чаще всего бывают как раз совсем не божественными.

О фильмах-спектаклях

— Фильм-спектакль — это не снятый на камеру спектакль, который сделан и сыгран для зрителя. Это специально изготовленный продукт для просмотра на экране, это фильм, который рассказан языком театра. Там не должно быть природы, это искусственный мир. И там во главе — пьеса. Фильм имитирует бытовую реальность, но здесь зритель должен понимать, что всё это искусственно сделано. «Догвиль» — пример.

Об инопланетянах

— Я, наверное, один из тех, кого похищали, но вернули, — сказал Иван Вырыпаев. — Я хотел, чтобы меня взяли совсем. Мне нравятся инопланетяне. А ещё ведь нет хороших фильмов про инопланетян. Есть несколько хороших, но они старые. А новых классных нет. «Район № 9» — не про это, «Прибытие» — не про это, «Одиссея» Кубрика — тоже не про это. «Близкие контакты…» — тоже не то. Нет фильма, где бы я пошёл за инопланетянами и узнал бы что-то невероятное. У меня идея есть хорошая, но я не умею делать такие фильмы. 

О вечном конфликте

— Мы находимся в конфликте сами с собой, — подчеркнул драматург. — Или мы плохие, или недостаточно хорошие, или мы не такие, какими хотим себя видеть. Или окружающие не такие, какими мы хотим их видеть. Или они видят нас не такими, какими мы считаем сами себя. Всё время несоответствие, у него много граней. Несоответствие самому себе, несоответствие кому-то — любимому человеку, жене, с которой уже много лет живёшь, парню, с которым только познакомилась. Это вечный конфликт. Усталость от этого конфликта нас исчерпывает, омрачает нашу жизнь. А как сделать, чтобы этого конфликта не было? Надо это просто понимать, видеть, откуда берётся это несоответствие, откуда это желание быть другим, исправить что-то и страдать оттого, что ты не можешь это исправить. Принятие ситуации, принятие себя в этой ситуации. Работа с этим — вот, наверное, что можно делать. Это процесс, а закончится ли он когда-то? Думаю, он закончится с моей смертью. Я перестал думать, закончится он или нет. Просто иду и всё. Смотрю на это. Надо, наверное, просто смотреть на всё это, всё время смотреть.

Нашли ошибку? Выделите текст, нажмите ctrl+enter и отправьте ее нам.