— Такие проекты как центр «Азимут», апробация экзоскелета, площадка по параворкауту, недавнее открытие спортивного зала для людей с ограниченными возможностями здоровья — это всё-таки первые зримые итоги работы социального кластера?

— Да, мы можем порадоваться таким успехам. Социальный кластер более двух лет функционирует с набором различных организаций по своей уставной деятельности. И главная задача, которую ставил перед собой социальный кластер — это повышать качество и уровень жизни людей с ограниченным возможностями здоровья и придумывать новые сервисы, которыми люди с инвалидностью могут пользоваться. На сегодняшний момент мы имеем яркие примеры реализации успешных проектов.

— Технические средства реабилитации — недешёвое удовольствие. Какими ресурсами здесь пользуется социальный кластер? Потому что, как я понимаю, бюджетные источники, как правило, вообще не привлекаются?

— Технические средства реабилитации — это те изделия, которые у нас выделяются и обеспечиваются в рамках федерального законодательства. Существует огромный перечень технических средств реабилитации. Встаёт вопрос о том, что у нас технологии стремительно развиваются, и мы понимаем, что люди с инвалидностью сегодня могли бы пользоваться современными технологиями, если бы, конечно, позволяло финансирование. Но отрадно то, что у нас существуют федеральные институты развития, такие как «Сколково» и «Фонд Бортника», которые поддерживают реализацию таких проектов. 

Если говорить о таком техническом средстве реабилитации как экзоскелет, то он имеет уже удостоверение реабилитационного изделия, хотя мы приобретали его ещё на стадии, когда это изделие было прототипом. Это тоже был наш рискованный шаг. Сегодня мы видим, как он себя зарекомендовал в реабилитации людей с поражениями спины. Наши специалисты провели исследования и реабилитацию на людях после инсульта. На сегодняшний день экзоскелет передан уже на безвозмездной основе в первую городскую больницу, где реабилитологи применяют его в работе с пациентами, которые нуждаются в реабилитации. 

Хороший проект по внедрению новых технологий, которыми могут пользоваться люди, в том числе дети, — это «Моторика». Архангельск был первым регионом, кто принёс эту технологию. Но, если смотреть общую статистику людей с инвалидностью — их порядка 13 миллионов, — то не такой большой процент людей нуждается именно в технических средствах реабилитации. Поэтому в социальном кластере, так как это зонтичный проект и он работает по разным направлениям, для нас очень важно поддерживать запросы людей и с другими видами заболеваний.

— Вы отметили, что кластер — это зонтичный проект. Какие организации в нём участвуют?

— Сегодня у нас больше 20 организаций. Кто-то более активен, кто-то менее. Для нас очень важно взращивать общественные организации, потому что сегодня государство признаёт тот факт, что именно общественные организации могут наиболее эффективно и с большим пониманием реализовывать проекты, в которых нуждаются люди с инвалидностью. И мы уже видим подтверждение этому на примере «Азимута» и АРГИМОЗа. У нас, конечно же, там наши университеты состоят Региональный институт развития — Корпорация развития — является управляющей компанией, поэтому все проекты, которые мы реализуем в рамках социального кластера, находятся у неё на сопровождении, и я это связываю со скорыми и успешными итогами проектов. Мы сейчас производили подсчёт количества проектов, у нас их в кластере более 15.

— Уместно ли сравнить, что легче получить — грантовую поддержку либо поддержку от института развития, регионального или федерального?

— Здесь нет никакой разницы, потому что любой грант не даёт гарантии того, что ты получишь эти средства: всё зависит от того, насколько умелая команда собрана в том или ином проекте. Потому что эксперты, которые читают заявку, понимают, насколько продуманный проект, насколько он хорошо проработан уже на начальной стадии, насколько его поддерживает регион, потому что письма поддержки мы всегда запрашиваем. Если это молодая организация, здесь привлекать гранты будет гораздо сложнее.

— Какие организации больше всего проявляют активность сегодня в рамках кластера?

— Всё-таки больше общественные организации, потому что в них объединяются люди, которые знакомы с этой проблемой. Поэтому они заинтересованы в том, чтобы проекты реализовывались. Поэтому общественники сегодня себя ведут более активно. На сегодняшний момент у нас ни один проект, который мы с общественниками реализуем, не проходит без экспертного вмешательства: мы привлекаем Москву, мы привлекаем Псков, к нам приезжает Сергей Алексеевич Морозов, Андрей Михайлович Царев (специалисты по сопровождению детей с РАС, — «Регион 29»), то есть мы спрашиваем, как лучше поступить, их мнение и поддержка очень важна.

Нашли ошибку? Выделите текст, нажмите ctrl+enter и отправьте ее нам.