Общество
В чём сила? Брат!

В чём сила? Брат!

14.07.2016 12:00Мария АТРОЩЕНКО
Журналисты ИА «Регион 29» познакомились с братьями Кутовыми из клипа Павла Воли и убедились, что они, действительно, неразлучны.

Обычно о том, что произошло с двадцатилетним архангелогородцем Сергеем Кутовым три года назад, говорят — случай, который разделил жизнь на «до» и «после». По сути, всё верно, но в данном случае речь не об обречённости, а о молодом задоре и преодолении. После аварии Серёжа не закрылся, а раскрылся: поверил в себя, изменился до неузнаваемости и стал счастливым. А брат Иван всё это время был с ним. С ним же он снялся в конкурсном клипе шоумена Павла Воли, который набрал больше 80 тысяч просмотров.

Ваня, Серёжа и Европа. Фото Артёма Келарева Ваня, Серёжа и Европа. Фото Артёма Келарева

Мы сидим на диване в минималистичной пацанской комнате, пьём морс. У нас под ногами суетится взволнованная, но ласковая Европа Пиночетовна: собачка живёт с братьями и их отцом уже полтора года.

— Все произошло 13 апреля 2013 года, — вспоминает тот день Серёжа. — На пешеходном переходе меня зацепило грузовиком. Я уже почти закончил переходить, и почувствовал резкий удар в голову. У грузовика отказали тормоза, он нёсся под сто километров в час. Меня протащило 15 метров. Ногу, короче, сразу оторвало: на лоскутке кожи держалась. Застряла между столбом и машиной. Повезло, что мимо как раз проезжала «скорая».

«Только бы Серёжа выкарабкался!»

— Папе звонят, он ещё трубку брать не хотел, — присоединяется Ваня. — Ему говорят: «Ваш сын в аварию попал. Там с ногой небольшие проблемы». Ну, думаем, сломал просто. Авария как раз рядом с домой была. Я подумал: «Раз Серёга встать не может, наверное, с ним что-то серьёзное». Потому, что он такой здоровый был — кровь с молоком. Я побежал туда со всей силы. Подбегаю, а там всё в крови. Думаю: «Господи, как такое могло случиться с моим братом?!». Реанимационная бригада погрузила его в машину, и так, наверное, час ещё стояли на месте.

— Я оказался в больнице, проснулся через десять дней комы. В реанимации пролежал месяц. Это, наверное, был самый сложный период за всё время моей жизни.

— Особенно тяжелой была первая неделя, когда Серёга проснулся после комы. Он рассказывал, что иногда по четыре часа ночью лежал и пошевелиться не мог. Тяжело было в больнице, но мы не унывали.

— Там ещё почки отказали у меня, долго их пытались завести, — говорит Серёжа.

— Там вообще была ситуация на грани жизни и смерти, — припоминает Ваня. — Все думали: «Господи, только бы Серёжа выкарабкался как-то!». И в итоге почки заработали спустя 17 дней.

— А считается, что, если почки не работают 22 дня, то приходится или пересадку делать, или на гемодиализ постоянно ходить.

— Я уж был готов свою почку отдать Серёге.

Жить стало лучше, жить стало веселей

— Серёжа, как изменилась твоя жизнь после случившегося?

— Она изменилась, наверное, даже в лучшую сторону. Во-первых, это было переосмысление жизни. Во-вторых, все были вокруг меня, очень мне помогали. Ко мне приходили люди, с которыми я мало до этого общался, появились новые друзья и знакомые. Наверное, в этой атмосфере добра и теплоты я стал смотреть на жизнь счастливо.

— Он проснулся после комы, и первые слова у него были: «Ваня, папа, дайте я вас обниму». Обнял, а потом говорит: «Ну, что, в бо-о-о-й?». И опять уснул. А потом еще десять дней в коматозе пролежал. Сёрега нас всех заставлял держаться, делал так, чтоб никто из нас не переживал. По нему видно было, что сам он не переживает. Он сам мне говорил: «Вань, мне вообще без разницы, есть нога, нету, главное — жив и все близкие рядом». 

— Единственная проблема, которая возникла у меня после аварии, — что куда-то нельзя было добраться. Но это такие мелочи по сравнению с тем, что у меня были друзья — хорошие, верные, — которые меня вытаскивали. Сейчас-то я сам везде всё могу сделать, а раньше, если б мне не помогали, я бы, возможно, и замкнулся в себе.

— Мне кажется, нет. У тебя же брат-близнец есть, — говорит Ваня.

— Ну, да. Когда есть брат-близнец — всё вообще легко.

Похожи? Похожи?

— Он меня старше на сорок минут, — объясняет Ваня. — Мы не очень похожи, потому что у него прическа другая. И похудеть бы Серёге еще немного. Или мне потолстеть.

Серёжа протестует, что он, мол, и так худеет (действительно: со 140 килограммов-то!), а потом продолжает:

— Я стал заниматься любимыми делами. Я не хожу постоянно в институт, так как у меня свободное посещение. Я этим, конечно, не пользуюсь, но это даёт мне время на то, чем я хочу заниматься. Это делает жизнь лучше. Я бы вообще не получал высшее образование, потому что не верю, что оно что-то даст кроме галочки у себя в голове или подушки безопасности, — чтобы потом легче жить было. Но вообще я учусь чисто для того, чтоб папе спокойнее было. У меня нет работы, у меня есть пенсия — 18 тысяч. То есть, у меня появилась куча свободного времени на саморазвитие, осознание себя, осознание жизни, на то, чтобы ставить какие-то цели и добиваться их. Жизнь стала интереснее, наверное, благодаря тому, что появилась куча времени. Для кого-то это, наоборот, стало бы проблемой: четыре стены, что делать? А для меня это шанс познать себя, жизнь. Да и вообще по жизни у меня нет никаких забот!

— Никаких обязанностей! — улыбается Ваня.

— Да, я даже девушку себе не завожу, чтоб не грузила! — смеётся Серёжа.

«Моя копия без ноги»

— А твоя жизнь, Ваня, изменилась после аварии? Вы стали ближе?

— Близнецы, на самом деле, всегда вместе. Это только близнецы и поймут, мне кажется. Всю жизнь рядом, знают друг о друге абсолютно всё, любую мелочь. Он про меня всё знает, я про него. Мы и учимся вместе — на госуправлении.

— Самые близкие друг другу люди, в общем, — заканчивает Серёжа за брата мысль.

— Когда он попал в аварию, для меня это вообще был шок, нереальный удар! — продолжает Ваня. — Ну, как? Мой брат-близнец, красавчик, такой сильный был, ноги такие мощные были… Моя копия осталась без ноги, — для меня это, наверное, было самым сильным потрясением.

— Ну, я тогда не особо был на него похож: весил 140 килограмм.

Иван: «Моя копия осталась без ноги, — для меня это, наверное, было самым сильным потрясением». Иван: «Моя копия осталась без ноги, — для меня это, наверное, было самым сильным потрясением».

— Да, но для меня это, наверное, был даже больший шок, чем для Серёги. Я понимал, что как раньше, мы вместе куда-то сходить не сможем. Очень переживал, когда не было понятно, выживет он или нет: я бы не смог без брата, я б с ума сошёл, наверное. Я все девять месяцев почти с ним в больнице был. Каждый день ночевал, мне и койку дали. Когда он пошёл на поправку, на какой-то период жизни моей целью стало помогать ему, сделать так, чтоб он не чувствовал дискомфорта. А потом я понял, что он стал пользоваться этим (смеется). Ваня, сделай то, сделай это… А я и ведусь, хотя он и сам может. Так что, мне кажется, моя жизнь тоже поменялась очень сильно.

— Обязанностей стало больше, — улыбается Серёжа.

— А ты, Серёжа, сразу зажил активно после выписки?

— Был период адаптации, когда я просто сидел дома, играл в компьютерные игры и ел. Но это я готовился морально ко всему. Наверное, месяца три. А потом мы с другом пошли в тренажёрку. Я ведь и перед аварией похудел на 40 килограммов: со 148 до 108. Весь март ходил в тренажёрный зал. Но не успел завершить до конца, в аварию попал. В больнице снова набрал вес до 140. Я всегда знал, что выйду из больницы и продолжу заниматься спортом. Одно время я занимался следж-хоккеем. Попал в клуб «Югра», ездил на сборы, даже собирался ехать на чемпионат России и в перспективе — на Паралимпиаду 2018 года. Но потом травмировал плечо. Но, в первую очередь, я всё это делаю для себя. Изначально я хотел доказать себе, что можно быть красивым, успешным и без ноги. Даже не то, чтобы доказать, а просто улучшить качество своей жизни.

«Брат, это про нас»

— Как вы попали в конкурсный клип Павла Воли?

— У меня же есть свой блог в Инстаграме, — рассказывает Серёжа, — и ребята — Артём Грияняк и Максим Зазулин из «Drum.kat Prodaction» — написали мне, предложили снять клип на песню Павла Воли. У него тогда как раз вышел альбом, был конкурс. Я сначала не хотел сниматься, думал, ничего не получится, даже отказался. А в последний момент согласился, сборы перенёс на неделю.  Ребята прилетели, и мы начали работу. Хотя изначально клип должен был быть на другую песню — то ли «Море», то ли «Люди».

— А я услышал песню «Двое» и решил: это про нас! — говорит Ваня.

— Это я сказал!

— Нет, я!

— Мы просто львы, нам важно выяснить, кто главный, — поясняет Ваня тонкости братского соперничества. — В общем, мы предложили эту песню Артёму, он послушал в самолёте и согласился: «Да, парни, про вас песня!».

— Хотелось, чтобы всё было максимально приближено к жизни, как есть, — вспоминает Серёжа. — Сценария, как такового не было, мы делали всё, что делаем в повседневной жизни: гуляли по улице, могли подурачиться, подраться.

— Как думаешь, Серёжа, как людям, которые чувствуют себя физически неполноценными, найти вкус к жизни?

— Мне всегда сложно отвечать на этот вопрос, потому что я себя, в принципе, никогда не чувствовал ограниченным или неполноценным. Я тут не советчик, но думаю важно найти любимое дело и на первое время утонуть в нём. Теряя конечность, человек начинает чувствовать себя неуверенно, и эту неуверенность надо чем-то закрыть, компенсировать. А единственное, что я могу, — показать людям, как я живу. Может, то, что парень живёт без ноги, сможет кого-то мотивировать. Наверное, это моя глобальная цель.

Нашли ошибку? Выделите текст, нажмите ctrl+enter и отправьте ее нам.