Общество
​Виктор Панов представит на суд зрителей детектив с тремя концовками
1/8

​Виктор Панов представит на суд зрителей детектив с тремя концовками

09.02.2017 11:17Мария АТРОЩЕНКО
Причём в данном случае «суд зрителей» — это не оборот речи, а буквальность: решать, кто убийца в спектакле «Шальные ножницы» Молодёжного театра, будет публика.

«Шальные ножницы» («Shear Madness») — это пьеса швейцарского драматурга Пола Портнера. По сюжету в квартире, находящейся над парикмахерской «Последний клок», происходит убийство Изабеллы Черни. Так как его орудием служат ножницы, подозрение падает на работников и посетителей салона, в частности — троих. 

А зрителям в этой постановке отведены роли одновременно свидетелей, консультантов оперуполномоченных и, главное, — присяжных заседателей. И от того, по какому следу полицейские пойдут вместе со зрителями, зависит финал спектакля.

Виктору же Панову в этой революционной, стирающей грани между реальностью и игрой, пьесой предстоит исполнить роль своего рода играющего тренера: маэстро перенесёт постановку на сцену Молодёжного театра лично. В спектакле не будет ни первого и второго звонков, ни антракта. Более того — когда зрители войдут в зал, действие уже будет идти.

Между прочим, однажды Молодёжный уже замахивался на постановку «Шальных ножниц»: даже репетировать начали.

Почему не вышло тогда, но получилось сейчас, ИА «Регион 29» пояснила пресс-атташе театра Анастасия Дедёшина:

«Когда пять лет назад Виктор Петрович ставил „Ревизора“ в Польше, он познакомился с Александром Яновичем, который для нас потом сделал „Курск“. Тогда он впервые показал Виктору Петровичу свой собственный перевод „Шальных ножниц“. Идея нам очень понравилась, и мы начали выяснять, как её воплотить. Но тогда американские правообладатели поставили условие, что первая российская постановка должна состояться в Москве. Прошло пять лет, и оказалось, что все условия уже соблюдены: Москва и Питер поставили, и даже в Севастополе есть такой спектакль».

Зато теперь всё официально: театр подписал с правообладателями договор и обязался выпустить премьеру до 1 апреля. До дня смеха решили не тянуть: самой подходящей датой для премьеры сочли канун международного дня театра — 25 и 26 марта.

Художником спектакля будет большой друг Молодёжного — Фагиля Сельская, которая оформляла «Страстотерпцев».

Журналисты ИА «Регион 29» побывали на первой читке «Шальных ножниц» в Молодёжном театре и представили её тоже, как некое драматургическое действо.

Балансировка «Ножниц», или «Не отступать!» 

Комедия в двух действиях

Действующие лица:

Виктор Панов — маэстро, художественный руководитель Молодёжного театра, режиссёр будущего спектакля.

Татьяна Спирова — помощник режиссёра, его правая рука. Роль у неё почти без слов, но чрезвычайно важная.

Илья Глущенко — самый заметный во всех смыслах артист труппы, громогласный, экспансивный. К Панову обращается без отчества. Играет хозяина парикмахерского салона Антуана.

Наталья Малевинская — заслуженная артистка России и театра, играет не молодую и не старую госпожу Шульман, опаздывающую на самолёт. 

Мария Гирс — исполнительница главной женской роли — молодой стилистки Кристины.

Степан Полежаев — главный актёр, будущий полицейский Николай Пастухов.

Антон Чистяков — смешливый, эмоциональный молодой человек. В спектакле ему предстоит сыграть кавалера Кристины — Эдуарда Скоробогатова, человека-загадку.

Максим Дуплик — играет полицейского под прикрытием Михаила Павленко, в спектакле его будут неоднократно мыть и брить.

Действие первое

Действие происходит в каминном зале Архангельского молодёжного театра. Там пусто. Звонит колокол, и зала начинает заполняться народом. Актёры выносят стол, Виктор Панов приветствует прибывших, особенно Максима Дуплика — как после долгой разлуки. Панов просит закрыть окно, потому что «старый больной режиссёр не терпит сквозняков», и приступает к очень подробной преамбуле пьесы.

Виктор Панов: «Мир сошёл с ума немножко, и поэтому эта пьеса для меня сегодня ценна».Виктор Панов: «Мир сошёл с ума немножко, и поэтому эта пьеса для меня сегодня ценна».

Виктор Панов (обращается одновременно к артистам и к журналистам): Четыре или пять лет назад, вы помните, мы даже начали репетировать эту пьесу, и вот сейчас я попросил Настю Дедёшину вернуться к этому вопросу. Она как-то уговорила, и нам разрешили в порядке исключения и с полной надеждой. Но у них есть свои требования. (Говорит с нажимом и со значением) Мы от того, что здесь написано, не должны отступать никак. На репетициях проговаривайте свои ремарки, потому что всё очень точно нужно внедрить в сознание, никакого отступления не должно быть. 

(Говорит о значении пьесы): Это очень своевременная штука! Мы привыкли, что народ сейчас по любому поводу безмолвствует, как у Пушкина, а здесь он будет голосовать. Мы можем любого обвинить! Я сегодня обратил внимание, что в Америке Трамп выбирает начальников, и Сенат продолжает голосовать вручную. Я хочу купить 72 пульта для голосования, по числу зрителей в зале. 

Как сказал кто-то из великих артистов, по-моему, Райкин: «Я же не говорю каменщику, как правильно класть камень, а вот про театр почему-то все говорят». Это было сказано лет 30 назад, а сейчас в театр приходят со свиными головами, звонят телефонные «террористы», выскакивают на сцену… В общем мир сошёл с ума немножко, и поэтому эта пьеса для меня сегодня ценна.

Я читаю во всех подробностях. Таков уж у нас стиль работы, что должен текст пьесы прозвучать из уст постановщика.

Наталья Малевинская (обращается к Панову): Виктор Петрович, а вы читаете только ремарки?

Виктор Панов: Я читаю всё сейчас! Но думаю, что по ролям можете уже начать читать вы.

Наталья Малевинская (мягко возражает): Тяжело! Вам читать тяжело! И нам тоже…

Виктор Панов (в шутку сердится): Вот эта дама, она мне опять без конца будет делать замечания! Да, Илья Анатольевич? (говорит Илье Глущенко) Нам что с ней делать?

Илья Глущенко (великодушно): Нормально, послушаем! Читайте всё!

Виктор Панов начинает читать. Режиссёр обращает внимание актёров на то, что все ремарки должны быть переданы точь-в-точь. Даже начинать те или иные реплики нужно в определённый момент играющей песни.

Виктор Панов (наставляет): Вот ты положил ножницы, а зрители должны запомнить. Это проверка и нашего умения импровизировать, и умения зрителей быть соучастниками представления. Поэтому я буду делать так: вот положил Илья Анатольевич ножницы, — и немая сцена. Или на экране на ножницах делается акцент, чтоб запомнили.  

Слушайте имена своих героев, и начинайте продумывать импровизационные разговорчики. Это немного стиль «Театра. Doc». Каждый пусть составит свой список, что нужно: лак для ногтей, ножницы… Это уже работа над персонажем. А потом с этим списочком — к Тане Спировой.

Что такое «пуш-ап»?Что такое «пуш-ап»?

Действие второе

Те же, там же.

Пьеса начинается с рекомендаций для постановщиков и подробнейших характеристик каждого персонажа — как внешних, так и внутренних. В ремарке содержатся и своего рода предупреждения — о том, что актёрам предстоит испытать или сделать на сцене.

Виктор Панов (зачитывает описание полицейского Михаила Павленко, адресует его Максиму Дуплику): «Актёр, который играет Михаил, моет и сушит голову на каждом представлении». (А потом — всем) Мы, естественно, наймём человека, который проведёт несколько мастер-классов по стрижке и бритью. Это мы обязательно должны сделать, вы потом будете мастерами высшего класса. 

Кристина описывается, как эффектная молодая особа, в которой, тем не менее, есть нечто дешёвое.

Виктор Панов (зачитывает описание наряда героини): «Её голубой наряд привлекает внимание. У неё пуш-ап лифчик…». Что такое — пуш-ап?

Читка на какое-то время останавливается, — из-за потока шуток и восторженных реплик мужчин, жаждущих описать конфигурацию и назначение этого предмета женского неглиже. Антон Чистяков утирает слёзы, выступившие на глазах от смеха, футболкой.

Панов призывает к порядку и продолжает зачитывать ремарки. Доходит до Антуана — хозяина  салона.

Виктор Панов (зачитывает): «Антуану должно нравиться играть на публику, ему нужно постоянно над всеми прикалываться и всем улыбаться». (прибавляет от себя, подразумевая Глущенко) Что и делает Илья Анатольевич в нашем театре. (продолжает чтение): «Его не нужно сваливать в гротеск. Не нужно специально добиваться смеха в зале».

Илья Глущенко (непокорно): А мы на них, Виктор, наплюём! У нас же свой спектакль!

Виктор Панов (успокаивает): Нет, нет, спокойно. У нас же договор, в котором всё-всё прописано, что мы имеем право делать, а что — нет. 

В заключение Виктор Панов зачитывает своего рода напутствие для каждого актёра спектакля: «Пьеса должна играться по-настоящему. Несмотря на то, что персонажи являются типичными для жанра комедии дель-арте, они должны быть похожими на нормальных людей, насколько это возможно. Все повороты сюжета, мотивации персонажей должны быть реальными, и когда убийство произойдёт, зритель должен почувствовать, что ставки действительно высоки».

От себя добавим: уж в этом-то сомневаться не приходится.

Нашли ошибку? Выделите текст, нажмите ctrl+enter и отправьте ее нам.